Пологовский маньяк Сергей Ткач: «Я не знаю, скольких девочек убил. Может 60, может 80 или 100. Я делал это 25 лет и особых статистик не вел»

Это разговор с «пологовским маньяком» Сергеем Ткачем мы записали несколько лет назад, однако по определенным причинам ранее он опубликован не был. Теперь же, когда стало известно о том, что душегуб, вопреки пожизненному сроку, вкушает едва ли не все радости жизни – женится, рожает детей и строит планы о будущем вне тюрьмы, 061 решил опубликовать интервью с одним из самых жестоких маньяков современности.

… Мы приезжаем в вольнянское СИЗО осенним вечером, около 3 часов дня. Уже начинает смеркаться, на улице моросит мелкий дождь, а пронзительный ветер жутким гулом странных и непонятных голосов сопровождает до самих ворот. Здесь подозрительно тихо, от чего-то вмиг разлетаются все мысли и единственное, что привлекает внимание – огромные ворота впереди и малюсенькие окна с решетками, которые с нескрываемым любопытством выглядывают из бараков.

Нас заводят внутрь, формальная проверка документов, оставляем личные вещи и телефоны. С собой разрешают взять лишь блокнот и диктофон.

В сопровождении нескольких сотрудников изолятора и тюремного психолога идем по бесконечно серым и неимоверно узким коридорам. Почему-то все молчим.

Впереди – дверь с навесом, за ней решетка. Поворачивается ключ, проходим внутрь. Останавливаемся на несколько секунд, ожидая пока сопровождающий запрет эту самую дверь, но уже изнутри. Потом еще одна железная преграда, и еще, и еще…

Наконец мы заходим в огромное помещение, напоминающее ангар. Здесь холодно и мрачно, окон нет, освещения едва хватает, чтобы рассмотреть двери по обе стороны длинного коридора.

– Это камеры, – подсказывает кто-то из сотрудников изолятора – В основном, одиночки.

Ждем. Через несколько минут приходят несколько охранников. У одного из них на поводке огромная овчарка со смешными коричневыми пятнами на носу.

Уже в сопровождении пса, нас заводят в малюсенькую комнату, посредине которой стоит какая-то металлическая конструкция, служащая столом. С обеих сторон что-то типа табуреток. Все предметы «мебели» наглухо забетонированы в пол. Мы втроем – не считая собаки – едва помещается по «внутреннюю» сторону стола. Один из охранников жестом показывает, что можно присесть на железно-бетонный табурет. Место напротив остается пустым.

– Готова?, – спрашивает один из тюремных охранников. Молча киваю в ответ.

Слышно, как где-то совсем недалеко в замке металлической двери несколько раз проворачивается ключ. Потом еще раз. И еще.

В нашу «переговорную» комнату заводят седого невысокого мужчину в синих трениках и старомодном свитере с причудливым зеленым узором. Он гладко выбрит. От него слышен сладковатый запах одеколона. Руки мужчины сзади скованы наручниками.

Тюремный охранник легко стучит его по плечу, мужчина садится напротив и впивается в меня взглядом. Мы молчим несколько минут: все вопросы, встроенный в уме план беседы куда-то вмиг испаряются. Как начать разговор с человеком, который на протяжении 25 лет жестоко убивал людей: в его «арсенале» 9-ти, 16-ти, 20-летние девушки. О чем он думает сейчас? Как бы поступила я, если бы в маленьком городке повстречала его среди улицы? Неужели у него так много силы, что девушки не могли отказать сопротивление и дать отпор? Помнит ли он… Рой мыслей прерывает пес, который задней лапой лениво почесал за ухом, а после уставился на меня в ожидании хоть каких-то действий.

– Более 10 человек в свое время были осуждены за ваши преступления. Несколько даже получили высшую степень наказания. Вы встречались лично с кем-нибудь из них?

– С одним из них я встречался… Зовут Николай Демчук (в 2003 году 21-летнего жителя села Чапаевка Пологовского района Николая Демчука осудили на 10 лет за убийство 9-летней Илоны Косминой. Он отсидел в тюрьме 4,5 года и вышел на свободу лишь после того, как правоохранителям удалось задержать Сергея Ткача. Позже милиционеров, которые выбивали у Демчука признательные показания, посадили – авт).

Я в Никополе с ним встречался, на судебном процессе. Меня вывозили туда в качестве свидетеля.

Мы не говорили. Я только косым взглядом смотрел на него из машины. А в зале суда он сидел сзади меня. Справа – бывшие сотрудники Пологовского райотдела милиции. Это была вторая партия тех работников, которых судили за то, что они выбивали показания. В том процессе я, так бы сказать, защищал интересы невинно осужденного Николая Демчука.

– Выступали в роли адвоката?

– На меня оказывали давление и адвокаты, и прокуроры, и бывшие сотрудники райотдела.

– Каким образом оказывалось давление?

– Совершено по-разному. Они пытались повернуть дело таким образом, что о своих преступлениях я более подробно рассказывал, а об этом (убийство, которое «повесили» на Демчука – авт) – без деталей. В деле о невинно осужденных меня пытались обвинить в том, что я давал ложные показания в суде первой инстанции. Грубо говоря, что специально солгал о тех преступлениях, которые я на самом деле не совершал. Но я стоял на своем, как бы они не кричали на меня и не угрожали. Я был под конвоем и мне было не страшно.

– Еще будучи на свободе вы ведь знали, что за ваши преступления наказали совершенно невиновных людей. Банально: вас не мучила совесть за поломанные судьбы?

– А что мне нужно было делать? Идти в милицию и доказывать, что это не они? Нет, конечно. И я не виноват в том, что милиционеры «вешали» мои убийства на всех подряд, лишь бы отчитаться о раскрытии. Просто люди оказывались не то время и не в том месте. Такова их судьба. Я в этом не виноват.

– Виновата милиция?

– И милиция тоже. Я совершал преступления 25 лет! И меня никак не могли поймать.

Но этому есть объяснение: я работал в органах, я был экспертом-криминалистом. В свое время у меня был 4 уровень доступа к совершенно секретным материалам. В том числе, и убийствам. Я их читал. И я знал, как будут искать, на что обращать внимание. Я все знал.

– Вы верите в Бога?

– (долго молчит). Нет Бога кроме Аллаха и Магомет его пророк. Все, что могу сказать.

– Как вы сами к себе относитесь? Вы раскаиваетесь?

– Я работаю над этим каждый день. Оно никуда не уходит от меня, все со мной и при мне. 24 часа в сутки.

Меня называют маньяком. И это определение справедливо.

В 2005 году, уже перед самим задержанием, я прочитал книгу о маньяках, называется «Маньяки всего мира!. Там описываются истории всех маньяков, начиная с Джека Потрошителя и по сегодняшний день. Рекомендую.

Еще я покупал разные газеты и вырезал статьи про бердянского маньяка (Руслав Хамаров – серийный убийца, на счету которого – по официальной версии – 11 жертв. Приговорен к пожизненному заключению – авт). Мне было интересно о нем читать. Сотрудников милиции, которые проводили обыски у меня дома после задержания, этот факт очень возмутил. А мне было интересно.

Кстати, в запорожском СИЗО я сидел в той же камере, что и он. В камере № 48.

– Может быть, и вы напишите книгу о себе?

– Если мне заплатят 3 миллиона евро, я готов написать книгу или сценарий к фильму, свою автобиографию, и продать авторские права на нее. Я бы с удовольствием написал сценарий к фильму Спилберга.

– Зачем вам 3 миллиона евро, у вас ведь пожизненный срок?

– Погашу долги. У меня – более миллиона долларов долг: экспертизы, иски… Долги надо отдавать. Я никогда в жизни не имел материальных долгов: никогда не брал, и не давал деньги.

– Вы несколько раз были женаты, у вас есть дети. Кто-то из них с вами общается?

– Нет, после того, как меня задержали, я не поддерживаю связь и не общаюсь ни с кем из своих родственников. Я подписал бумагу о том, что не желаю встречаться, переписываться с кровными родственниками. После этого, я ничего не знаю о судьбах своей матери, детей и внуков. Единственная информация, которую я получил, что у меня в России родилась правнучка. Кстати, у меня 5 детей, 11 внуков и уже 5 правнуков!

При этом, я обречен на одиночество!

– Вы намерены просить о помиловании?

– Нет! С моей стороны никогда не будет прошения о помиловании!

– Зачем вы это делали?

– Я не знаю ответ на этот вопрос.

(Долго молчит). Чрезмерное пристрастие к алкоголю. Как известно, алкоголь стирает память, все границы. Обостряет инстинкты. На подсознании ничего не остается. Даже сейчас я не могу вспомнить о многих деталях и нюансах, каких-либо подробностях.

Я не могу сказать, что только употребление алкоголя стимулировало меня к совершению преступлений. Я сейчас ищу ответ для самого себя на этот вопрос. Я читаю много классической литературы. Но пока не знаю, что ответить.

Все-таки это длилось довольно-таки долго – меня искали более 25 лет.

– Но все же…

– Я знаю, что существует более 200 признаков шизофрении. Каждый человек – любое разумное существо на двух ногах, которое считает себя адекватным и вполне нормальным, обладает, как минимум десятью признаками этой болезни. У меня их гораздо больше. Сколько именно – я не знаю: может, 50, а может, и 80. Или 180! В компании с алкоголем, это дает свои результаты. Все экспертизы, которые проводились до суда и во время суда – это была лишь формальность (по результатам экспертизы, Ткач признан вменяемым и подсудным – авт)

– Вы осознанно выбирали жертв?

– Нет. Я никогда не планировал и никого не выбирал. Так получалось.

– Сколько их? Вы помните точное количество девушек, которых убили?

– Нет, я не помню. Я не знаю, скольких убил: может 40, может 60, может 100. Я делал это на протяжении 25лет. И при всем моем желании, я не могу вспомнить всех, особых статистик я не вел.

– Они вам не снятся?

– Они – нет.

– Расскажите о своем детстве.

– Я не хочу о нем вспоминать. У меня было детство такое же, как у всех тогда. Почти. Не считая того, что когда я был маленьким, очень болел. И вообще я не хочу говорить о личном. Можем поговорить о литературе, которую я читаю или еще о чем-то. Более – нет.

– О чем вы мечтаете?

– О прощении.

P.S. Когда стало известно о том, что будучи в колонии Сергей ткач женился и даже успел завести ребенка, жители Пологовского района Запорожской области подали электрону петицию, в которой требуют от Президента Украины ужесточить меры содержания для «пологовского маньяка». В частности, людей возмутило, что у душегуба в камере есть телевизор, он пользуется библиотекой, прекрасно питается, не работает и имеет право на длительные свидания.

Автор – Ирина Дубченко,

на фото – Сергей Ткач с нынешней женой, это кадр из недавнего сюжета на 1+1

Be the first to comment

Leave a Reply

Your email address will not be published.


*